Решения районных судов

Из действий осужденных, виновных в совершении мошенничества, исключен квалифицирующий признак “с использованием служебного положения“, поскольку судом установлено отсутствие полномочий в отношении распределения призывников в конкретные войска и команды.. Приговор от 04 апреля 2011 года № 1-22/2011. Новосибирская область.

Новосибирский гарнизонный военный суд под председательством судьи Коробкова *.*., с участием государственного обвинителя - помощника военного прокурора Новосибирского гарнизона майора юстиции Сюркалова *.*., подсудимых Д. и К., защитников-адвокатов Зеленевой *.*., представившей удостоверение N 1023 и ордер N 52 от 11 марта 2011 года и Евтушенко *.*., представившего удостоверение N 389 и ордер N 23 от 11 марта 2011 года Специализированной коллегии адвокатов, при секретаре *.*., а также потерпевшего - *.*., рассмотрев материалы уголовного дела в отношении военнослужащих военного комиссариата области подполковника

К., родившегося, гражданина РФ, со средним профессиональным образованием, холостого, судимости не имеющего, на военной службе с августа 1991 года, в качестве
офицера с февраля 1994 года, являющегося депутатом Совета депутатов рабочего поселка,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 3 ст. 30, частью 5 ст. 33 и частью 3 ст. 159 УК РФ,

майора Д., родившегося, гражданина РФ, с высшим профессиональным образованием, холостого, не судимого, на военной службе с августа 1991 года, в качестве офицера с ноября 1999 года, имеющего на иждивении детей 2006 и 2009 годов рождения,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного частью 3 ст. 30 и частью 3 ст. 159 УК РФ,

установил:

С 1 апреля 2009 года К. и Д. освобождены от занимаемых воинских должностей и зачислены в распоряжении военного комиссара. В октябре 2010 года Д., на период осеннего призыва, был назначен начальником отделения отправки команд - комендантом областного сборного пункта, в обязанности которого входило размещение личного состава призывников, контроль над соблюдением распорядка дня на сборном пункте.

25 октября 2010 года к К. обратился гражданин *.*. с просьбой оказать содействие во встрече с сыном, который был призван на военную службу и находился на сборном пункте, ожидая отправки к месту прохождения военной службы. В этот же день К. по телефону передал эту просьбу Д., на что тот ответил согласием.

Незадолго до встречи с *.*. Д., выяснив у уполномоченных лиц военного комиссариата, что призывник М. зачислен в команду N для прохождения военной службы во внутренних войсках МВД России войсковой части 0000, действуя из корыстных побуждений, решил похитить у *.*. деньги путем обмана.

В тот же день около 13 часов Д., во исполнение задуманного, сообщил *.*. ложную информацию о том, что призывник М. будет проходить военную службу не во внутренних
войсках МВД России, а в мотострелковой воинской части Минобороны России, находящейся в городе Борзя Забайкальского края, однако за вознаграждение в размере 5 тысяч рублей он может обеспечить распределение призывника М. в воинскую часть внутренних войск МВД России. *.*. согласился с предложением Д. При этом Д. сказал *.*., что вопрос передачи денег необходимо решать через К. После этого *.*. по телефону сообщил К. о предложении Д., на что тот ответил согласием. Спустя некоторое время К., осознавая незаконность действий Д., по телефону сообщил тому, что согласен содействовать в передаче денег от *.*.

26 октября 2010 года около 18 часов К., находясь в одном из помещений по адресу: Новосибирская обл.,, получил от *.*. 5 тысяч рублей для передачи их Д. В тот же день К. был задержан сотрудниками правоохранительных органов и выдал полученные деньги.

Подсудимый Д. свою вину в покушении на мошенничество признал полностью и дал показания, по своему содержанию соответствующие изложенному выше. При этом пояснил, что совершил преступление, желая незаконным путем получить деньги. Несмотря на то, что он напрямую не говорил К., за что передаются деньги, тот не мог не осознавать противоправность этого.

Подсудимый К. свою вину в инкриминируемом преступлении не признал и показал, что 25 октября 2010 года к нему, действительно, обратился гражданин *.*. с просьбой оказать содействие во встрече с сыном, который находился на сборном пункте призывников. Выполняя просьбу, он позвонил своему знакомому Д., который, как потом он узнал, встречался с *.*. В тот же день ему звонил *.*. и интересовался возможностью передачи чего-то, не называя предмета передачи, для Д., на что он
ответил согласием, полагая, что это какой-то подарок-благодарность. 26 октября 2010 года, получая деньги от *.*., он считал, что это вознаграждение, которое тот передает Д. за услугу, оказанную во встрече с сыном.

Виновность подсудимых подтверждается следующими доказательствами.

Согласно приказу командующего войсками военного округа от 30 марта 2009 года N 075 Д. и К. освобождены от занимаемых воинских должностей и зачислены в распоряжение военного комиссара.

Потерпевший *.*. показал, что в октябре 2010 года на военную службу был призван сын его сожительницы - М., который 24 октября 2010 г. убыл на областной сборный пункт. На следующий день, планируя поездку в город Новосибирск, он обратился к своему знакомому К. с просьбой оказать содействие во встрече с М. путем знакомства с кем-то из офицеров сборного пункта. Тот согласился. Подъезжая к сборному пункту, он позвонил К. и тот сказал, что с ним будет разговаривать офицер в воинском звании майор, имя которого О. Встретившись с этим офицером, он узнал, что фамилия того Д. В ходе разговора Д. сообщил, что М. направят служить не во внутренние войска МВД России, как это было решено на призывной комиссии, а в мотострелковую часть в Забайкальский край. При этом Д. сказал, что может решить эту проблему за 5 тысяч рублей. По его просьбе Д. вывел М., переговорив с которым тот подтвердил слова Д. При этом М. указал на стоящий автомобиль, в котором находились офицеры внутренних войск, которые, по словам М., были представителями воинской части, куда того должны были направить изначально. Когда Д. и М. ушли, он подошел к указанным офицерам и узнал, что М. отвечает
их требованиям и на днях будет направлен в воинскую часть внутренних войск. В этот момент он осознал, что Д. хочет обманным путем получить от него деньги. После того как Д. вернулся он согласился с предложением того, пообещав достать деньги к вечеру. При этом Д. сказал, что связываться надо через К., в очередной раз, гарантируя направление М. во внутренние войска. После этого он позвонил К., сообщив о предложении Д. Через некоторое время ему перезвонил К., заявив, что согласен передать деньги Д. На следующий день он обратился в правоохранительные органы, сообщив о противоправных действиях Д. и К. В тот же день вечером он, находясь в р.п. Сузун, в одном из технических помещений передал К. 5 тысяч рублей для последующей передачи их Д. После того как К., взяв деньги, стал уходить того задержали сотрудники милиции.

В соответствии с актом осмотра и передачи денег от 26 октября 2010 г. оперуполномоченным группы по борьбе с преступлениями коррупционной направленности и подрыву экономических основ организованной преступности и экстремизма ГУВД по Новосибирской области в соответствии с Федеральным законом “Об оперативно-розыскной деятельности“ гражданину *.*. переданы деньги в сумме пять тысяч рублей одной купюрой ас 2700077.

В тот же день *.*. тем же оперуполномоченным передан диктофон “Samsung“ N, что подтверждается соответствующим актом.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 26 октября 2010 г. в комнате отдыха гаража, расположенного по адресу:, на столе обнаружена денежная купюра достоинством пять тысяч рублей номер ас 2700077, которая добровольно выдана К. из нагрудного кармана куртки.

При исследовании вещественных доказательств путем воспроизведения видео- и аудиозаписи, сделанных 26 октября 2010 г. во
время встречи К. и *.*. в комнате отдыха гаража, расположенного по адресу:, видно, что между К. и *.*. состоялась беседа, в ходе которой упоминается *.*. и деньги. При беседе К. передал *.*. телефон, с которого тот звонит О., представившись *.*. По окончании разговора *.*. возвращает телефон К., а тот передает что-то К., который принимает переданное.

Из показаний свидетеля М. следует, что в октябре 2010 г. призывной комиссией он был включен в команду для направления во внутренние войска МВД России. 24 октября 2010 г. он прибыл на областной сборный пункт, где прошел профотбор и медкомиссию. На следующий день, на сборный пункт прибыли представители войсковой части 0000, которые после изучения личного дела побеседовали с ним. В тот же день на сборный пункт приехал *.*. для свидания. Для встречи с отцом его сопровождал офицер Д., который по дороге сообщил, что его направляют в Забайкальский край. В ходе беседы с *.*. тот также подтвердил слова Д., сообщив, что Д. берется решить указанную проблему за деньги.

Из показаний свидетеля Б. следует, что он проходит военную службу в войсковой части 0000. Осенью 2010 г. он вместе с офицером С. ездили на областной сборный пункт военного комиссариата для отбора призывников в их воинскую часть, среди которых был и М. Проверив документы призывников, те были отобраны в соответствующую команду.

Свидетель С. дал аналогичные показания.

Свидетель З. показал, что является оперуполномоченным группы по борьбе с преступлениями коррупционной направленности и подрыву экономических основ организованной преступности и экстремизма ГУВД по. 26 октября 2010 г. в их отдел обратился гражданин *.*., который сообщил о противоправных действиях
военнослужащего областного сборного пункта Д., требующего деньги за решение вопроса о распределении призывника М. в воинскую часть внутренних войск. При этом посредником в передаче денег от *.*. Д. выступал офицер К. Для изобличения противоправной деятельности указанных лиц были организованы оперативно-разыскные мероприятия, а именно *.*. были переданы деньги в сумме пять тысяч рублей и диктофон, а специальным подразделением проводилась видеофиксация. Вечером этого же дня в гараже р.п. Сузун состоялась встреча *.*. с К., в ходе которой *.*. передал К. пять тысяч рублей для последующей передачи их Д. После того как К. взял деньги, тот был задержан, а потом добровольно выдал денежную купюру. На следующий день был задержан Д., который подтвердил факт своих незаконных действий.

Свидетель П. дал аналогичные показания.

Из показаний свидетеля У. следует, что он проходит службу в должности начальника отдела военного комиссариата. Офицера К. знает, как военнослужащего, зачисленного в распоряжение военного комиссара области. В декабре 2010 г. от военного комиссара области он узнал, что офицеры Д. и К. подозреваются в совершении противоправных действий коррупционной направленности.

Согласно показаниям свидетеля Я. он работает начальником отделения призыва и набора на военную службу по контракту. В октябре 2010 г. на военную службу призывался гражданин М., который изъявил желание проходить ее в войсках спецназа. Поскольку в то время была заявка в команду 0000, т.е. во внутренние войска оперативного назначения, то он включил туда М., т.к. тот отвечал требованиям по состоянию здоровья.

Оценивая заявление подсудимого К. об отрицании своей вины в правонарушении, о чем упоминалось ранее, военный суд учитывает следующее.

Как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании
потерпевший *.*. и подсудимый Д. последовательно показывали о противоправных действиях К. Эти показания согласуются между собой, а также другими доказательствами, исследованными в судебном заседании. В связи, с чем суд признает их достоверными и кладет в основу приговора.

Показания подсудимого К. суд признает недостоверными и отвергает.

До удаления суда для постановления приговора государственный обвинитель изменил обвинение подсудимых в сторону смягчения путем исключения из их обвинения указание на то, что 27 октября 2010 г. по предварительной договоренности с *.*. А., под контролем сотрудников милиции, перечислил в ОАО “Сбербанк России“ на счет, принадлежащий бывшей жене Д., полученные от сотрудников милиции деньги в сумме 5 тысяч рублей, которыми Д. в последующем распорядился по своему усмотрению.

В вину обоим подсудимым вменяется то, что в октябре 2010 г. гражданин *.*. обратился к К. с просьбой об оказании содействия в распределении во внутренние войска МВД России своего сына М., подлежащего призыву. 25 октября 2010 г. К. по телефону передал Д. просьбу *.*., при этом со своей стороны также просил оказать содействие *.*. в решении данного вопроса.

В ходе судебного заседания потерпевший *.*. пояснил, что обратился к К. с просьбой оказать содействие во встрече с сыном, который находился на сборном пункте и не более. К. об оказании содействия в распределении М. во внутренние войска он не просил.

Подсудимые К. и Д. подтвердили слова потерпевшего, заявив, что первоначально речь шла лишь об оказании содействия в свидании *.*. с М.

При таких обстоятельствах суд, доверяя показаниям потерпевшего, считает, что *.*. первоначально обратился к К. с просьбой оказать содействие во встрече с М., а не в распределении
того во внутренние войска, как это указано в обвинении.

Кроме того, государственным обвинителем подсудимый Д. обвиняется в покушении на мошенничество, совершенном с использованием своего служебного положения, а К., соответственно в покушении на пособничество в этом преступлении. Суд, не соглашаясь с данной квалификацией действий обоих подсудимых, исходит из следующего.

Согласно действующему уголовному закону под лицами, использующими свое служебное положение при совершении мошенничества, следует понимать должностных лиц, которые постоянно, временно или по специальному полномочию осуществляют функции представителя власти либо выполняют организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции в государственных органах, органах местного самоуправления, а также в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках и воинских формированиях Российской Федерации.

Исходя из предъявленного подсудимому Д. обвинения, не усматривается, какие конкретно функции он осуществлял, применительно к вышеуказанному. Ссылка в обвинении, что Д. совершил преступление, пользуясь своим отношением к военному комиссариату Новосибирской области, т.е. служебным положением, по мнению суда, является неконкретной, поскольку не раскрывает действительные функции Д. Между тем, в ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что подсудимый Д. не имел никаких полномочий в отношении распределения призывников в конкретные войска и команды.

Таким образом, суд считает обвинение Д. в покушении на мошенничество с использованием своего служебного положения необоснованным, а поэтому исключает из его обвинения и обвинения К. названный квалифицирующий признак мошенничества.

Давая юридическую квалификацию действиям подсудимых, военный суд считает доказанным, что 26 октября 2010 года К., содействуя совершению Д. преступления, путем устранения препятствия в получении денег от потерпевшего, совершил действия, непосредственно направленные на пособничество в мошенничестве, т.е. хищение имущества, принадлежащего *.*., путем обмана того, но не смог довести свои действия до конца по не зависящим от него
причинам, что суд расценивает как покушение на пособничество в мошенничестве, а поэтому переквалифицирует его действия с части 3 ст. 30, части 5 ст. 33 и части 3 ст. 159 УК РФ на часть 3 ст. 30, части 5 ст. 33 и части 1 ст. 159 УК РФ.

Действия Д., который 25 октября 2010 г. совершил умышленные действия, непосредственно направленные на совершение хищения имущества, принадлежащего гражданину *.*., путем обмана, но при этом не смог довести преступление до конца по независящим от него причинам, что суд расценивает как покушение на мошенничество и переквалифицирует его действия с части 3 ст. 30 и части 3 ст. 159 УК РФ на часть 3 ст. 30 части 1 ст. 159 УК РФ.

При назначении подсудимым наказания суд учитывает, что они за время военной службы характеризуются с положительной стороны. В качестве обстоятельств, смягчающих наказание Д., суд признает наличие у него двух малолетних детей, а также активное способствование раскрытию преступления и изобличение другого соучастника преступления.

При определении размера наказания подсудимым, суд учитывает небольшую тяжесть совершенного ими преступления и их имущественное положение, а также положения части 3 ст. 66 УК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 296, 297, 299, 308 и 309 УПК РФ, военный суд

приговорил:

Признать К. виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 ст. 30 части 5 ст. 33 части 1 ст. 159 УК РФ, и назначить ему наказание в виде штрафа в размере пятидесяти тысяч рублей.

Признать Д. виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 ст. 30 части 1 ст. 159 УК РФ, и назначить ему наказание в виде штрафа в размере сорока пяти тысяч рублей.

Меру пресечения в отношении осужденных К. и Д. - подписку о невыезде, до вступления приговора в законную силу, оставить без изменения.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства по делу: личное дело и учетную карту призывника М. и три именных списка призывников возвратить в отдел военного комиссариата ; два именных списка призывников, доверенность N, акт проверки готовности воинской команды, справку о проведении опера валютой, чек взноса наличных на 5 тысяч рублей, три CD-R диска и один DVD-R диск - хранить при деле; две денежные купюры достоинством по 5 тысяч рублей, находящиеся на хранении в Управлении финансового обеспечения Минобороны России по Новосибирской области - передать в Управление по налоговым преступлениям ГУВД по Новосибирской области.

Процессуальные издержки, связанные с оплатой труда защитника в сумме 3222 рубля 45 копеек, взыскать с осужденного К. в федеральный бюджет.

Приговор может быть обжалован в кассационном порядке в Западно-Сибирский окружной военный суд в течение 10 суток со дня провозглашения.

Осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции в тот же срок при подаче кассационной жалобы, либо путем подачи отдельного ходатайства, а также в возражениях на принесенные по делу кассационные жалобы (представления) другими участниками процесса, в течение десяти суток со дня вручения их копий.

Судья

*.*. КОРОБКОВ