Решения районных судов

Приговор от 29 ноября 2010 года. Приговор от 29 ноября 2010 года №. Свердловская область.

Туринский районный суд Свердловской области в составе

председательствующего Радченко *.*.,

при секретаре Гобовой *.*.,

с участием государственного обвинителя и.о. заместителя прокурора Туринского района Абдрахимова *.*.,

представителя потерпевшего Б.,

подсудимого Разгильдяева *.*.,

защитника адвоката Башковой *.*.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению

Разгильдяева *.*., <данные изъяты>, ранее не судимого,

в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст.116 ч.1, 111 ч.4 Уголовного кодекса Российской Федерации, исследовав доказательства,

Установил:

Разгильдяев *.*. совершил иные насильственные действия, причинившие физическую боль, но не повлекшие последствий, указанных в ст.115 Уголовного кодекса Российской Федерации, кроме того, Разгильдяев *.*. умышленно причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего. Преступления Разгильдяевым *.*. совершены в <адрес> при следующих
обстоятельствах.

Так, в период с 12 часов 00 минут до 16 часов 00 минут *****, Разгильдяев *.*., будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь в <адрес>, на почве личных неприязненных отношений к Х., действуя умышленно, с целью причинения физической боли Х., осознавая противоправный характер своих действий, нанес Х. удар острием иглы дротика от игры «Дартс» в область головы, причинив последнему физическую боль.

Кроме того, в период с 16 часов 00 минут до 18 часов 00 минут *****, Разгильдяев *.*., будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь во дворе <адрес> на почве личных неприязненных отношений к Х., действуя умышленно, с целью причинения вреда его здоровью, осознавая противоправный характер своих действий, нанес Х. не менее семи ударов ногами и руками в область головы, причинив потерпевшему тупую закрытую травму головы в виде: <данные изъяты> - для живого лица соответствующую тяжкому вреду здоровью по признаку опасности для жизни в момент образования. От тупой закрытой травмы головы Х. скончался ***** в доме по адресу: <адрес>.

Заявлен гражданский иск о взыскании с Разгильдяева *.*. компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> рублей.

Вину в предъявленном обвинении Разгильдяев *.*. не признал, <данные изъяты>

Исследовав доказательства, представленные сторонами обвинения и защиты, дав им оценку, суд находит вину Разгильдяева *.*. в совершении преступлений при обстоятельствах, отраженных
в описательной части Приговора, установленной, исходя из следующего.

Вина Разгильдяева *.*. в совершении в отношении Х. иглой от дротика иных насильственных действий, причинивших физическую боль, подтверждается следующими доказательствами:

-показаниями свидетеля Ф. в судебном заседании, <данные изъяты>;

-показаниями свидетеля Ф., оглашенными в судебном заседании в порядке ст.281 ч.3 УПК РФ в связи с наличием существенных противоречий между ранее данными показаниями и показаниями Ф. в суде. <данные изъяты>

-показаниями свидетеля М., <данные изъяты>

-показаниями свидетеля М., <данные изъяты>

-показаниями представителя потерпевшего Б., <данные изъяты>

-протоколом осмотра места происшествия от *****, <данные изъяты>. Суд признает протокол доказательством, поскольку установленные из протокола обстоятельства совпадают с другими доказательствами по делу;

-протоколом осмотра предметов от *****,<данные изъяты>/. Суд признает протокол доказательством, поскольку установленные из протокола обстоятельства совпадают с другими доказательствами по делу, в том числе, осмотром вещественного доказательства в судебном заседании, <данные изъяты>

-показаниями эксперта П., <данные изъяты>

Стороной защиты в ходе судебного разбирательства были приведены доводы о том, что отсутствуют достаточные, по мнению стороны защиты, доказательства, подтверждающие наличие вины Разгильдяева *.*. в нанесении Х. удара иглой дротика в область головы. Эти выводы сторона защиты основывает на показаниях Разгильдяева *.*., который последовательно не признавал нанесения удара дротиком Х., показания свидетеля Ф., <данные изъяты>, отсутствием заключения судебно-медицинской экспертизы, а также тем, что дротик не был изъят на
месте происшествия.

Суд дает оценку доводам стороны защиты в совокупности с доказательствами, изученными в судебном заседании, и находит эти доводы не обоснованными. Так, суд расценивает показания Разгильдяева А.В, который, отрицает не только факт причинения иных насильственных действий в отношении потерпевшего, но и факт нахождении в одной компании с Х. *****, как проявление защитной линии, поскольку показания подсудимого опровергаются показаниями свидетелей М., Ф., М.. В ходе судебного разбирательства свидетель Ф. не мог пояснить, почему он в ходе следствия давал другие показания об обстоятельствах причинения потерпевшему Х. телесных повреждений ударом дротика в область головы подсудимым, однако и он не отрицал, что слышал от других лиц, находящихся в доме М. о том, что Разгильдяев нанес удар дротиком в область головы Х.. Суд признал доказательством показания свидетеля Ф., которые он давал в ходе следствия, поскольку его показания объективно совпадают с показаниями свидетелей М., М., а также совпадают с протоколом осмотра кепки потерпевшего, имеющей сквозное повреждение в том месте, на которое указывает свидетель Ф.. Из показаний судебно-медицинского эксперта П. также следует, что причинение иных насильственных действий живому лицу острием иглы дротика безусловно причиняют физическую боль.

Таким образом, суд находит вину Разгильдяева *.*. по данному эпизоду обвинения установленной, квалификацию его действий по ст. 116 ч.1 УК РФ, то
есть совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в ст.115 Уголовного кодекса Российской Федерации, правильной.

Вина Разгильдяева *.*. в причинении тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего, подтверждается следующими доказательствами:

-протоколом осмотра места происшествия от *****,из которого следует, <данные изъяты> Суд признает протокол доказательством, поскольку установленные из протокола обстоятельства совпадают с другими доказательствами по делу;

-заключением судебно-медицинской экспертизы, из которого следует, <данные изъяты>

тупая закрытая травма головы - для живого лица соответствует тяжкому вреду здоровью по признаку опасности для жизни в момент образования, <данные изъяты>

<данные изъяты>

-показаниями судебно-медицинского эксперта П., <данные изъяты>

-показаниями представителя потерпевшего Б., <данные изъяты>

-показаниями свидетеля К., <данные изъяты>;

-протоколом проверки показаний на месте свидетеля К., <данные изъяты>. Суд признает протокол проверки показаний К. доказательством, поскольку установленные из протокола обстоятельства совпадают с другими доказательствами по делу;

-протоколом очной ставки между К. и Разгильдяевым *.*.. <данные изъяты>. Суд признает протокол очной ставки доказательством, поскольку он совпадает с другими доказательствами по уголовному делу;

-показаниями свидетеля Б., <данные изъяты>

-протоколом очной ставки между свидетелем Б. и обвиняемым Разгильдяевым *.*., <данные изъяты> Суд признает протокол очной ставки доказательством, поскольку он совпадает с другими доказательствами по уголовному делу;

-показаниями свидетеля Ф., <данные изъяты>

-показаниями свидетеля Р., <данные изъяты>;

-показания свидетеля Х., <данные изъяты>;

-показаниями свидетеля К., <данные изъяты>.

-показаниями свидетеля К.,
<данные изъяты>;

-показаниями свидетеля Ч., <данные изъяты>.

-показаниями свидетеля А., <данные изъяты>

-показаниями свидетеля Р. <данные изъяты>;

-показаниями свидетеля П., <данные изъяты>

-показаниями свидетеля С., <данные изъяты>.

В судебном заседании сторона защиты просила оправдать Разгильдяева *.*. по ст.111 ч.4 УК РФ в связи с отсутствием доказательств вины подсудимого и наличием доказательств причастности к совершению данного преступления других лиц. Данные доводы сторона защиты обосновывает последовательными показаниями подсудимого Разгильдяева, который как в ходе предварительного расследования, так и в ходе судебного разбирательства не признавал свою вину, обращая внимание суда на то, что в соответствии с заключением биологической экспертизы только на обуви свидетеля К. была обнаружена кровь потерпевшего. Поэтому, по мнению Разгильдяева *.*., у суда нет оснований доверять показаниям К. и его близкой знакомой Б. о том, что он наносил удары Х. во дворе дома М.. Сторона защиты сослалась на показания свидетеля К., который в начале следствия давал показания о том, что не видел, кто мог причинить тяжкий вред здоровью Х., а когда на его обуви была обнаружена кровь потерпевшего, изменил показания и в дальнейшем стал свидетелем обвинения Разгильдяева *.*.. Кроме того, показания К. о нанесении ударов ногами во дворе дома М., по мнению подсудимого, не подтверждаются объективными доказательствами, в частности, результатами осмотра двора дома М.. По мнению стороны защиты,
о причастности к избиению Х. неустановленных лиц свидетельствуют и показания свидетеля Б., которая поясняла, что слышала из половины дома, где проживала М., мужские и женский голос, которые доносились из половины дома, где проживал Х..

Дав оценку доводам стороны защиты, суд находит, что эти доводы не опровергают выводы суда о виновности Разгильдяева *.*. в умышленном причинении Х. тупой закрытой травмы головы, от получения которой наступила смерть потерпевшего, при обстоятельствах, изложенных в описательной части Приговора.

Действительно, в соответствии с заключением судебно-биологической экспертизы <данные изъяты>

Однако, оценка совокупности изученных доказательств позволяет суду сделать бесспорный вывод о том, что именно Разгильдяев *.*. причинил Х. тупую закрытую травму головы, от получения которой наступила смерть потерпевшего.

У суда нет оснований не доверять показаниям свидетеля К., которые он подтвердил на очной ставе с Разгильдяевым *.*. и в ходе проверки показаний на месте, поскольку эти показания совпадают с другими доказательствами по уголовному делу, в частности, с показаниями свидетеля Б., <данные изъяты>

Не подвергают сомнению выводы суда о виновности Разгильдяева *.*. и другие доводы стороны защиты. Так, свидетель Р. в суде пояснила, <данные изъяты>

Кроме того, суд устанавливает, что не могут подвергнуть сомнению выводы суда о виновности Разгильдяева *.*. и показания Б. <данные изъяты>

Признает суд установленными мотивы и причины, побудившие Разгильдяева *.*. совершить данное преступление.

Допрошенная
в судебном заседании Р. также пояснила, что по своему характеру, Разгильдяев *.*. способен причинить телесные повреждения другому человеку, в то время как К., у которого она ранее была классным руководителем, характеризуется ею и всеми односельчанами, как спокойный, не задиристый молодой человек.

В соответствии с заключением судебной амбулаторной психиатрической экспертизы,<данные изъяты> В период времени, к которому относится инкриминируемое Разгильдяеву *.*. деяние, он не обнаруживал признаков какого-либо временного психического расстройства, а находился в состоянии простого алкогольного опьянения. Разгильдяев *.*. в полной мере мог осознавать фактический характер, общественную опасность своих действий и руководить ими.

В настоящее время Разгильдяев *.*. может осознавать фактический характер, общественную опасность своих действий и руководить ими, принимать участие в судебном заседании и давать показания по делу. <данные изъяты>

При этом суд не находит оснований квалифицировать действия Разгильдяева *.*. по причинению иных насильственных действий и причинению тяжкого вреда здоровью потерпевшему Х., как единое продолжаемое преступление, поскольку каждое преступление у Разгильдяева *.*. совершалось с самостоятельным умыслом, в иными мотивами и причинами возникновения неприязненных отношений к потерпевшему, было разграничено достаточно продолжительным промежутком времени.

Таким образом, суд находит вину Разгильдяева *.*. установленной, квалификацию его действий по ст. 111 ч.4 Уголовного кодекса Российской Федерации, т.е., умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, т.е., умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для
жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, правильной. Реализуя возникший н неприязни умысел на причинения вреда здоровью, Разгильдяев *.*. нанес множественные удары в жизненно важный орган человека, а именно, по голове Х., применяя при этом достаточную силу, тем самым желал причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего и в силу своего жизненного опыта мог и должен был предвидеть наступление смерти потерпевшего от полученных телесных повреждений.

Кроме того, органами следствия Разгильдяеву *.*. предъявлено обвинение в том, что в период с 12 часов 00 минут до 20 часов 00 минут *****, более точное время следствием не установлено, Разгильдяев *.*., будучи в состоянии алкогольного опьянения, находясь в <адрес>, из ревности за действия Х. в отношении М., действуя умышленно, с целью причинения физической боли Х., осознавая противоправный характер своих действий, нанес Х. один удар рукой в область лица, причинив последнему физическую боль, т. е. в совершении иных насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в ст. 115 УК РФ.

Исследовав и оценив представленные по делу доказательства, суд приходит к выводу о том, что подсудимого Разгильдяева *.*. необходимо оправдать по предъявленному ему обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст. 116 ч.1 УК РФ по эпизод нанесения Х. удара рукой по лицу на основании п.3 ч.2 ст.302 УПК
РФ, в связи с отсутствием состава преступления, при этом суд исходит из того, что обвинительный Приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждается совокупностью исследованных доказательств. По настоящему уголовному делу этих необходимых условий и оснований судом не установлено.

Государственный обвинитель в обоснование своих выводов о доказанности вины подсудимого Разгильдяева *.*. сослался на показания свидетелей К. <данные изъяты> и Р. <данные изъяты> оглашенные в судебном заседании, которые в ходе предварительного расследования поясняли, что видели, как Разгильдяев *.*. в доме М. нанес из неприязненных отношений один удар рукой по лицу Х..

Как полагал государственный обвинитель, указанные показания подтверждают то, что Разгильдяев *.*. нанес удар по лицу потерпевшего. При этом государственный обвинитель просил критически отнестись к показаниям этих свидетелей, которые они дали в суде.

Однако анализ доказательств, на которые сослался государственный обвинитель в совокупности с остальными доказательствами по делу, свидетельствуют о том, что ни одно из них как в отдельности, так и в своей совокупности, не подтверждают то, что Разгильдяев *.*. ***** в доме М. нанес Х. один удар рукой в область лица.

В судебном заседании подсудимый Разгильдяев *.*. пояснил, что не наносил удар рукой в доме М. й Х. в область лица. Аналогичные показания Разгильдяев давал и в ходе предварительного расследования.

Свидетель К. и свидетель Р. в судебном заседании пояснили, <данные изъяты>

Таким образом, по мнению суда, стороной обвинения не представлены бесспорные доказательства, которые бы свидетельствовали о совершении Разгильдяевым *.*. преступления по данном эпизоду обвинения. Те же доказательства, на которые ссылался государственный обвинитель и которые проверены в судебном заседании, носят по мнению суда, предположительный характер и не нашли подтверждения в совокупности с другими исследованными судом доказательствами. Истолковав все сомнения в пользу подсудимого, суд приходит к выводу о том, что подсудимый Разгильдяев *.*. подлежит оправданию по предъявленном ему обвинению по эпизоду по ст. 116 ч.1 УК РФ по факту нанесения удара рукой в область лица Х. на основании п.3 ч.2 ст.302 УПК РФ в виду отсутствия состава преступления.

Исследовав в судебном заседании исковые требования представителя потерпевшего Б. о взыскании с Разгильдяева *.*. компенсации морального вреда за причинение смерти, а также причиненные преждевременной утратой старшего сына нравственные и физические страдания в размере по <данные изъяты> рублей, суд частично удовлетворил заявленные требования по следующим основаниям.

В силу требований ст.ст.150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, право на жизнь и здоровье, право на личную неприкосновенность относится к личным неимущественным правам гражданина и защищается государством. В случае нарушения неимущественного права гражданин вправе получить денежную компенсацию морального вреда, исходя из степени нравственных и физических страданий. В случае смерти гражданина, чьи личные неимущественные права были нарушены, его права могут осуществляться и защищаться другими лицами, в том числе, наследниками правообладателя. Таким образом, право на взыскание компенсации морального вреда, причиненного смертью Х., возникает в порядке наследования у представителя потерпевшего Б..

Из показаний представителя потерпевшего Б. - матери погибшего Х., установлено, что обстоятельства смерти ее старшего сына вызвали у нее нравственные страдания и тяжелую моральную травму. В соответствии со ст.ст.151, 1099, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размера денежной компенсации морального вреда, суд, исходя из требований разумности и справедливости, учитывает характер причиненных представителю потерпевшего Б. нравственных страданий, обстоятельства гибели Х., вину подсудимого в содеянном и, принимая во внимание его реальное материальное положение, считает возможным определить размер такой компенсации в <данные изъяты> рублей. Таким образом, суд взыскивает с Разгильдяева *.*. в пользу Б. компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей.

При назначении наказания суд учитывает характер и обстоятельства совершенных подсудимым преступлений, то, что Разгильдяев *.*. совершил особо тяжкое преступление.

Суд не находит в действиях Разгильдяева *.*. обстоятельств, отягчающих наказание.

Как обстоятельство, смягчающее наказание подсудимому Разгильдяеву *.*. суд учитывает то, что он имеет на иждивении малолетнего ребенка, что нашло свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Решая вопрос о виде и мере наказания Разгильдяеву *.*., суд учитывает требования ст.60 УК РФ, то, что Разгильдяев *.*. ранее не судим. С учетом представленных характеристик и показаний свидетелей, суд находит, что подсудимый Разгильдяев *.*. характеризуется в основном посредственно. <данные изъяты> Однако обстоятельства совершенного преступления, тяжесть содеянного не позволяет суду применить при назначении наказания подсудимому Разгильдяеву *.*. положения ст.64, 73 УК РФ. Суд назначает Разгильдяеву *.*. наказание в виде реального лишения свободы с учетом смягчающего наказание обстоятельства последующего поведения после совершения преступления.

При этом, с учетом известных обстоятельств, отсутствия судимости, суд не назначает подсудимому Разгильдяеву *.*. дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

С учетом обстоятельств совершенного преступления, характеризующих данных подсудимого, за совершение преступления, предусмотренного ст.116 ч.1 УК РФ суд назначает Разгильдяеву *.*. наказание в виде обязательных работ.

С учетом того, что в настоящее время не определена окончательная сумма процессуальных издержек по настоящему уголовному делу с учетом времени участия защитника в ходе судебного разбирательства, суд разрешит вопрос о взыскании процессуальных издержек с Разгильдяева *.*. в порядке ч. 4 ст.313 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного и руководствуясь ст.307-309 УПК РФ, суд

Приговорил:

Признать Разгильдяева *.*. виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст.116 ч.1 Уголовного кодекса Российской Федерации по эпизоду причинения удара иглой дротика, ст. 111 ч.4 Уголовного кодекса Российской Федерации и оправдать Разгильдяева *.*. по ст. 116 ч.1 Уголовного кодекса Российской Федерации по эпизоду причинения удара по лицу Х. в доме М. за отсутствием состава преступления.

Назначить наказание Разгильдяеву *.*. :

по ст.116 ч.1 Уголовного кодекса Российской Федерации по эпизоду причинения удара иглой дротика - в виде ста двадцати часов обязательных работ, по ст.111 ч.4 Уголовного кодекса Российской Федерации - в виде девяти лет лишения свободы без ограничения свободы. В силу требований ст.69 ч.3 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности преступлений, с учетом требований ст.71 ч.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой при полном сложении наказаний одному дню лишения свободы соответствует восемь часов обязательных работ, путем полного сложения наказаний назначить Разгильдяеву *.*. окончательное наказание в виде девяти лет пятнадцати дней лишения свободы без ограничения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения Разгильдяеву *.*. изменить на заключение под стражу до вступления Приговора в законную силу, заключить Разгильдяева *.*. под стражу в зале суда.

Срок отбытия наказания Разгильдяеву *.*. исчислять со дня заключения под стражу, то есть с *****.

Взыскать с Разгильдяева *.*. в пользу Б. компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей. В удовлетворении остальных исковых требований Б. отказать.

Вещественные доказательства по делу: <данные изъяты>-уничтожить.

Вопрос о взыскании процессуальных издержек с Разгильдяева *.*. разрешить в порядке ч. 4 ст.313 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Приговор может быть обжалован в течение 10 суток в Свердловский областной суд со дня его провозглашения, а осужденному, содержащемуся под стражей, в тот же срок со дня получения копии Приговора. Разъяснить осужденному его право на участие в суде кассационной инстанции во время рассмотрения его кассационной жалобы и право на участие защитника по назначению или по соглашению по заявлению осужденного в суде кассационной инстанции.

Председательствующий *.*. Радченко